**** 

Кейн постучал в дверь кабинета своего Альфы и после разрешения войти переступил порог комнаты. Войдя, он, молча замер, дожидаясь окончания телефонного разговора. Если бы Альфа не хотел, чтобы ещё кто-то слышал этот разговор, он бы не разрешил Кейну войти. Слух вервульфов превосходил лучшие подслушивающие устройства, изобретённые людьми. 

Кейн тут же распознал голос молодой самочки на том конце провода. Девушка разговаривала с Альфой спокойным тоном, хотя в нём и слышались нотки отчаяния. От звука её голоса всё тело Кейна как будто прошиб электрический разряд, а член тут же напрягся. 

Все в Стае переживали за молодых девушек-оборотней, находившихся за пределами территории. Недавно на некоторых из них были совершенны нападения, и Альфа Стаи призывал всех вернуться домой. 

- Собери необходимые вещи, скоро за тобой приедут, - строго проговорил Ламонт в трубку. 

Кейн с трудом сдержал улыбку, услышав ответ. 

- Нет, тебя заберут, - мужчина посмотрел на Кейна. – Я пришлю за тобой вера, которого ты знаешь. Не езжай ни с кем другим. 

Несколько минут Альфа слушал говорившую, а потом перебил её: 

- Нет. Ты остановишься в одном из домиков. До твоего приезда он будет полностью обставлен. – Снова молчание. – Ты останешься здесь до тех пор, пока мы не узнаем, что происходит, и не убедимся, что всё в порядке, - это было то, что Альфа говорил всем членам своей Стаи. Но Кейн знал, как Ламонт относился к Эмили. Как все к ней относились. 

Эмили обратили, когда она была ещё ребенком, что противоречило всем известным ему законам и правилам. Большинство детей не могут пережить шок при обращении. Поэтому законом это запрещалось. Слишком много детей умерло до того, как установили новый порядок. Отец Ламонта был тем человеком, который запретил обращать маленьких детей. Также запрет касался любого человека, кто противился этому. Существовал слишком большой риск плохого исхода.